Жаждущие | Фан рассказы
Stalker Clear Sky Информация [105]Сталкер Видео [302]Сталкер Зов Припяти информация [133]Первый литконкурс от stalker-gsc.ru [69]
Фан рассказы [2615]Стихи, песни, поэмы [729]Интервью [140]Чернобыль [304]
Сталкер - основное [119]Сталкинг [39]Превью, обзоры игр Stalker [34]Рецензии на игру Сталкер [30]
Разное [333]Интересные игры [30]Каталог [407]На удаление [0]
Второй литконкурс от stalker-gsc.ru [112]Обзор модификаций [44]

Stalker 2 » Статьи » Фан рассказы

17:09:56

Жаждущие

От автора:
Новый рассказ большого объёма внутри постапокалиптической тематики. Данное название рабочее так что, если будут идеи оставляйте в комментах или в ЛС. Здесь - первая и вторая главы. Читать через строчку ( то биш по диагонали) не рекомендуется.

Жаждущие [рабочее название]

«Холод обеззараживает».
Солдат Второй Свободной Кубинской Республики.

Глава первая
Маршрут

До рассвета оставалось где-то полчаса, может, час не больше и земля ещё была покрыта тоненькой ледяной коркой. По разбитой, почти рассыпавшейся автотрассе шли двое. Тот, что шёл справа, постоянно поправлял на плече лямку автомата, потирая зудящее плечо. Оба были довольно тепло одеты, а на голову у обоих был накинут капюшон, перевязанный на уровне рта широким шарфом. У шедшего слева за спиной висела снайперская винтовка, на ремне, перекинутом через голову свободно висел такой же, как у первого автомат. Тот, что шёл справа, поднёс правую руку к лицу и, отодвинув шарф, вяло и недовольно сказал:
- Через пару часов опять жара, да? – По голосу было понятно, что ему лет двадцать, двадцать два не больше.
- Угу. – Ответил второй.
Первый, кажется, хотел сказать что-то ещё, но передумал и прикрыл рот шарфом обратно.
От их шагов раздавался лёгкий хруст разламываемой ледяной корки, которая была повсюду, и только вокруг жалких деревьев она исчезала в радиусе полуметра от ствола. Местность вокруг была похоже на огромное плато, плохо выбритое каким-то огромным лезвием, поросшее редкими карликовыми деревьями и гигантским лишаем, который назывался гигантским лишь в сравнении со своим куда более известным «младшим братом» - обычным лишаем, встречавшемся только в поселениях, но зато повсеместно в Лесу.
Они всё шли, шли, лёгкая дымка вокруг них понемногу рассеивалась, и через многокилометровую толщу тумана прорывались первые лучи солнца. Плотные потоки света рвали мутный воздух, расползались в нём, и там, где они касались земли, шипела и исчезала ледяная корка.
- Колян. – Пробубнил тот, что шёл справа.
- А? – Отозвался другой.
- Переодеваемся?
- Ага.
Они остановились, сбросили с себя рюкзаки и сложили на них оружие. Потом оба развязали шарфы, сняли куртки, не снимая обуви, стянули штаны, под которыми оказались ещё и подштанники, и вывернули верхнюю одежду наизнанку. С изнаночной стороны их куртки и штаны были обшиты тканью с металлическим напылением, ярко бликующем и мерцающим в лучах восходящего солнца. Они одели одежду наизнанку, накинули на голову капюшоны, из рюкзаков достали очки – огромные, в пол лица, и тоже светоотражающие. Рюкзаки и оружие они взяли в правую руку и так и понесли – на стороне тела противоположной солнцу.
- Надо будет в следующий раз Сёмычу оружие и рюкзаки заказать под напыление. – Сказал тот, что шёл справа.
- Ага. – Ответил ему второй.
Дымка уже рассеялась, и стало видно, что впереди, в трёхстах метрах, растительности уже нет вообще. Над всей землёй, как в полдень над железной крышей, дрожал воздух. Через минуту стало различимо то, что было впереди и, когда они подошли, тот, что шёл справа, остановился как вкопанный, глядя вниз.
Прямо из-под ног вниз уходил вертикальный обрыв, конца которому не было видно. Вперёд и вниз была видна пустота, даже на воображаемой линии горизонта не было видно ничего, а внизу, в бездне, в мутноватом сине-зелёном тумане, мерцали еле заметные огоньки. Некоторые из них не мерцали, просто светились, некоторые вдруг неярко вспыхивали, потухали и появлялись вновь.
В паре шагов от путников, по правую руку, у самого обрыва в землю был воткнут металлический штырь с табличкой, указывающей вниз, в обрыв. На табличке виднелась полу выцветшая надпись «New Moscow» и ниже неё надпись помельче «Новая Москва».
Так они простояли минуту или две. Тот, что стоял слева, в это время что-то записывал в блокнот, оборачивался, вновь что-то записывал.
- Это... это что!? – Выговорил, наконец, первый.
Второй, не отрываясь от блокнота, указал ему рукой на штырь с табличкой.
- Москва?! – Переспросил тот.
- Ага.
- Охренеть! Колян, а кто этот указатель здесь поставил?
- Ты с утёса что ли? – Небрежно ответил тот, что вёл запись. – Всем известно, что кто ставит эти таблички неизвестно, и давай застёгивайся, пойдём обратно.
- Как на этот раз пойдём?
- Сейчас где-то пару часов прямо, вдоль обрыва, потом минут десять налево под прямым углом, потом ещё полчаса вдоль обрыва и дальше уже до «Баклажана» трое суток без поворотов, это по расчётам. А сам я думаю, нам на финишной прямой крюк придётся сделать. Я там уже был там в одном месте пугалище.
Он ещё раз просмотрел свои записи, спрятал блокнот и карандаш во внутренний карман и застегнул куртку.
- Я готов. – Отрапортовал первый.
- Направление – восток, пятнадцать градусов. Отходим. – Театрально скомандовал второй, и они тронулись в обратный путь.
- Колян, может хоть где будет тенёк, а?
- А чё ты спрашиваешь, - недовольно ответил второй, - будку свою подними и посмотри.

Первый поднял голову и через пару шагов опустил – всё равно ничего приятного видно не было. Под ногами путался лишай, осыпая высохшие семена на край штанов, под еле заметным ветерком шуршали карликовые можжевельники. Впереди, насколько хватало зрения, только унылая ровная земля, мутный дрожащий воздух и блестящая бликующая спина наставника перед глазами.

Глава вторая
«пожаловать Добро»

- Лёха! Лёха, Дошли! Го-род!
- Город? – Устало выдавил из себя второй путник. – Колян, ты опять бредишь.
- Нет, точно! Вон, ворота вижу, сады сверху. Точно город!
- Наша хладная обитель…
- Ага, пришли.
И вот они уже подходят к воротам и двое, что стоят на стене по обе стороны ворот, радостно махают им руками в знак приветствия.
- О-о-о, как же это приятно. – Сказал Лёха, налегая всем телом на массивную воротину. – Этот родной запах дерева…
Тяжёлые ворота стали медленно открываться. На левой воротине была прибита большая доска, с вырезанной на ней надписью «пожаловать», на правой воротине была прибита такая же доска с надписью «Добро».
Ворота, наконец, открылись и они прошли внутрь. Как и всегда, если солнце в зените, город был пуст. Редкий человек только перебежит улицу из одного доима в другой.
Со стены к путникам спустился один из надзорных и крепко пожал обоим руки, оглядывая их с головы до ног.
- Я только увидел, сверкает что-то вдали сразу понял, что вы идёте! – С Радостью и восхищением сказал надзорный.
- Здорово, здорово, Кирюх. – Ответил Николай.
- Куда ходили то? – В его глазах играл живой интерес.
- К новой Москве. Этот, - он кивнул на своего ученика, - в первый раз.
Надзорный ещё раз осмотрел Алексея. Тот с кислой миной стоял в сторонке и переминался с ноги на ногу.
-Удачно сходили то?
- Не очень, - устало ответил Николай, - куча замеров, стоптанные ноги и не одного нового источника.
- Мда, херово. – Он помолчал. – Ну вы куда сейчас в «Овощ»?
- А то! Не домой же. Жена меня ещё достанет на неделе. Ладно, давай, увидимся ещё.
Они ещё раз пожали друг другу руки, надзорный вернулся на свой пост, а Николай и Алексей пошли дальше по главной улице. Свернули на втором перекрёстке налево, через пару дворов опять налево и вышли к небольшой площади, на противоположной стороне которой стояло редчайшее в Городе двухэтажное здание. Между окон второго этажа красовалась яркая вывеска «Овощ» и чуть правее надписи был некий огородный фрукт похожий одновременно на кабачок, огурец или баклажан, а некоторым напоминающий даже вытянутый помидор. Путники зашли под тень козырька, остучали ноги и прошли в двери.
Внутри как и всегда было светло, чисто. Под белым потолком растянуты красные полотняные плакаты, одни вещали об ушедших экспедициях, как например «Экспедиция вторая – имени Афанасия Никитина!» или «Третья экспедиция вокруг Леса – слава кормильцам!», или совсем обветшалая «Первопроходцам вечная память»; другие плакаты напоминали о правилах жизни: «Работал – отдыхай, отдыхал – работай», «Орошай сады вовремя!», и другие, надоевшие ещё и на фабрике и на главной площади и в Управлении.
Алексей сразу свернул направо, протиснулся между диванов и столиков и, устало поднимаясь по лестнице, ушёл на второй этаж. Николай пошёл налево, туда где звенели стаканы и единственный на две недели вокруг бармен был должен ему три порции отменного мясного супа, плюс любой коктейль с закуской. Он заметил Николая ещё у входа и уже улыбался ему из-за стойки всей своей бритой головой. Николай ещё не подошёл, а бармен уже тянул через стойку к нему свою крепкую жилистую руку.
- Коля-ян, - довольно протянул он, - десять дней тебя не было. Ты садись, отдыхай, расслабляйся…если, конечно, принёс?
Николай не торопясь подошёл, крепко пожал руку бармену и, скинув у ног рюкзак, основательно сел на один из высоких стульев, что стояли вдоль стойки.
- Ох, здорово, Некит. Плесни мне самого наиохлаждающего для зачина.
- Уан моменто.
Он отвернулся, пошарил по полкам и через сорок секунд перед Николаем стоял высокий стакан полный светло-зелёной жидкости с медленно оседающим на дно «жмыхом». Николай взялся за стакан, покрытый капельками конденсата, и рука приятно охладилась.
- За возвращение! – И высосал стакан. – Ну, вот теперь и жить можно.
Бармен, то есть Некит, стоял явно чего-то ждал, потому как смотрел он на товарища, не отрываясь, пока тот не поднял взгляд.
- А, да, - опомнился, наконец, Николай, - совсем забыл.
Он нехотя потянулся за своим рюкзаком, поставил его себе на колени, расстегнул пуговицы и извлёк из заднего кармана небольшой плотный мешочек.
- У-у-у, - протянул Никита, - уважил! Сколько тут – двести, триста грамм?
- Полкило почти! –Гордо ответил Николай. –Как и заказывал – крайние корешки мелиссового дерева вместе с землёй.
Он передал драгоценный груз через стойку и груз тут же исчез в одном из многочисленных ящичков за спиной бармена.
- И ты мне ещё мясного супа должен, - вывел вдруг он, - три порции!
- Или душ за счёт заведения? – Ехидно спросил бармен.
- Хм, даже не знаю, - Николай показательно нахмурился, поднёс к лицу ладонь и почесал щетину, - наверное, всё-таки душ. И прямо сейчас. – Добавил он, посмотрев на старинные часы, висящие на стене.
Бармен тоже посмотрел на часы. Было без пяти час.
- Погодь маленько, - обратился он к Николаю, - сейчас «Служба новостей» прибудет и, насколько я знаю, с вернувшейся экспедицией.
Не успел Николай ответить, как дверь в бар распахнулась, грохнув о стену, и с улицы ворвалась толпа из пятнадцати-двадцати человек. Они с неожиданным шумом и топотом широкими шагами прошли к середине помещения, вызвав всеобщее живое внимание, Один из вошедших подвинул из-за ближайшего стола табурет, и встав на него, гордо и радостно оглядел всех присутствующих. Человек этот был общеизвестен во всём Городе и на некоторых выселках.
- Товарищи, - начал он, - друзья мои! Здесь, перед вами, герои – участники Второй экспедиции Афанасия Никитина! И с отличными вестями – четыре новых источника – раз, новый указатель – Новый Оскол – два, новая трасса – три, и самое главное – вернулись все!
Державшая ликование публика просто взорвалась радостными возгласами и в воздух полетели головные уборы. Многие стали выходить к участникам экспедиции и, выражая благодарности, крепко пожимали их уставшие руки. Во всеобщем шуме из-за одного из столиков раздался голос:
- А к бомбе то ходили? – Его не услышали, и тогда он встал и крикнул громче. – А к бомбе ходили?
На этот раз его услышали, народ утих и по головам пошёл шёпот.
- Ходили. - Спокойно ответил один из экспедиторов. – Высокий широкоплечий мужчина. – На счётчике следующие цифры: двести пятьдесят семь, сорок шесть, и когда мы подошли, было четырнадцать.
Слушатели облегчённо выдохнули. Они ещё немного пообсуждали новости о вернулись к своим разговорам.
Николай повернулся к бармену.
- Слушай, я что-то отстал от времени, а где Первая экспедиция? Я новостей не слышал.
- А их и не было. – Печально ответил Некит.
- В смысле?
- Ни новостей, ни экспедиции. Они не возвращались.
По лицу Николая стало понятно, что он погрузился в глубокий анализ того, что он слышал об экспедициях за последние шесть месяцев, и похоже он так ничего и не вспомнил, поскольку через пару минут обратился таки к Никите:
- А когда они ушли?
- Кто? – переспросил бармен, присматривая за особо шумным столиком. – А-а, ты про первую экспедицию? – Николай глотнул охлаждающего напитка и кивнул. – Сегодня ведь шестьдесят третье, да? Тогда сегодня ровно пятьдесят дней, как они ушли. Можно сказать в их юбилей пришла Вторая экспедиция. А где ученик твой, кудрявый, этот как его – Лёха?
- Наверх пошёл. В душ и спать. Куда и я сейчас отправлюсь.
- Ну, давай. Потом спустишься вечерком, поболтаем…
- Не-е, мне потом ещё в Управление, а это сам знаешь.
- Ну, свидимся как-нибудь.
- Конечно. – Николай уже собрался было уходить, но сел обратно и обратился к Некиту:
- Никит, а сготовь мне с собой овсянки с овощами, я те завтра же с получки отдам.
- Любой каприз с ваших монет. – И ушёл на кухню.
Николай огляделся в поисках чего интересного. Бар понемногу наполнялся посетителями, всего четыре столика пустовали. За одним из столиков сидела семья из четырёх человек. На спинках их стульев висела необычно тёплые, толстые куртки. Сын читал книжку. Глава семейства развернулся на стуле, видимо, чтобы достать что-то из кармана куртки, и когда он вытаскивал оттуда какой-то белый свёрток, из кармана на мгновение блеснула рукоять и курок револьвера. Мужчина развернул свёрток на столе, там оказались кубики сушёных грибов.
С выселок, наверное, - подумал Николай, - с западных. Зачастили они к нам что-то.
Ещё за одним столиком ругались женщина и мужчина. Ругались никого не замечая, всплёскивая руками, всем напоказ.
В другой половине заведения, на мягких диванах расположилось лишь несколько человек. Отсюда не было видно, но Николай знал, что там перед ними, на притемнённой сцене происходит кукольный спектакль. Спектакль этот был знаком ему по доходящим звукам – про Основателя, или про Первопроходцев, или про тётю Валю с её вечными семейными тяжбами. Время ещё было немного, вот через три-четыре часа там будет ажиотаж, и кукол сменит один из известных теноров Города или малознакомая певичка.
Вернулся Никита и поставил перед Николаем невысокий глиняный горшок, укрытый и перевязанный сверху плотной тканью.
- Некит, вот знаешь табличку эту на воротах «пожаловать Добро»?
Бармен ответил не сразу, пару секунд ему понадобилось, чтобы понять о чём идёт речь.
- А, ну да, знаю.
- Она мне снится уже третью ночь подряд. Кто-то, но не я, это точно, подходит к ней, срывает обе доски и меняет местами.
- К переменам. – Сразу же ответил Некит.
- Почему к переменам?
- А хрен знает. – Ответил бармен, пожав одним плечом. – Ну, а к чему ещё. Не к дождю же.
- Ну, да, не к дождю это точно. – Сказал Николай и о чём то задумался. – Ладно, пойду я. – Сказал он, наконец.

Они пожали друг другу руки, Николай взял со стойки полагающийся ему ужин и, лавируя между столиками, а потом и между диванами, прошёл к лестнице и скрылся по ней на второй этаж.

При поддержке: Самые разные отзывы о фирмах в Нижнем Новгороде. Проверяйте информацию о фирмах, перед тем, как заказывать у них услуги.

Автор: Смотрящий Н.Г.


Дата: 26.11.2011 | Категория: Фан рассказы | Просмотров: 932
Добавил: Смотрящий | Рейтинг: 5.0/2
avatar

Комментарии к материалу Жаждущие

Всего комментариев: 1

avatar
1 SteeL • 04:51:46, 28.11.2011
)))пожаловать добро:-)
сие творение дело рук мастера однако:-)


Рекомендуем:

Вверх