Трофейщик | Разное
Stalker Clear Sky Информация [105]Сталкер Видео [302]Сталкер Зов Припяти информация [133]Первый литконкурс от stalker-gsc.ru [69]
Фан рассказы [2613]Стихи, песни, поэмы [729]Интервью [140]Чернобыль [304]
Сталкер - основное [119]Сталкинг [39]Превью, обзоры игр Stalker [34]Рецензии на игру Сталкер [30]
Разное [333]Интересные игры [30]Каталог [407]На удаление [0]
Второй литконкурс от stalker-gsc.ru [112]Обзор модификаций [44]

Stalker 2 » Статьи » Разное

07:59:19

Трофейщик

Глава первая 

Огромная, стальная стена надвигалась на меня с неумолимостью Армагеддона, что нисколько меня не нервировало, а даже наоборот, пребывая в некотором возбуждении, я более точно и скупо рассчитывая движения, пристраивался заякориться где-нибудь в районе орудийного порта или выходного отверстия мусоропровода. Бронелисты там, как правило, были потоньше, и на врезку тратилось часа четыре, не больше. 

Вот, помню, как- то, пристроился я вроде бы над орудийным портом, мучался часов, наверное, десять, спалил к чертовой матери пяток генераторов, и, как оказалось впоследствии сверлил бронекрышку выхлопной трубы давно потухшего реактора. Мучился, мучился, потом плюнул и улетел, энергия уже кончалась. Потом уже раздобыл чертежи этого корыта и понял, какую титаническую и бесполезную работу я проделал, крышка эта выдерживала пару попаданий главным плазменным калибром, так что я мог бы ковырять металл до сих пор. С тех пор я уже более осмысленно подходил к подготовке своих экспедиций, долго торчал в военном архиве, благо с хранителем его состоял в приятельских отношениях, которых достиг путем систематического спаивания его. 

Отставник-канонир, с какого-то безвестного крейсера, влачащий жалкое существование на государственную пенсию и подрабатывающий архивариусом, пьяно плакал, тряс контуженой головой и размахивал культями, вспоминая, как храбро сражались они, а я в это время изучал карты боев, расположение кораблей, зафиксированные координаты атаковавших и оборонявшихся, точки сброса аварийных капсул и записи переговоров погибших экипажей. Имеющуюся информация я сопоставлял, анализировал и планировал маршрут, после чего седлал своего верного «Боливара», набивал его до отказа запасными генераторами, плазменными горелками различного назначения и прочей важной амуницией, которая была необходима мне для успешной охоты за трофеями. 

Луч медленно двигался по бронелисту, рассыпая капельки металла по гигантскому корпусу бывшего ударного крейсера несуществующей уже армии. Коротая время, я наслаждался музыкой, весьма своеобразной, она тоже была трофейной, не один раз мне доводилось находить на погибших кораблях различные носители информации с записанной на них музыкой, и не мало часов провел я в попытках восстановить ее, не раз мне помогали другие трофейщики, и, бывало, кое-что удавалось поднять, восстановить. 

В итоге я собрал довольно крупную коллекцию, начиная от бравурных маршей, заканчивая слезливой солдатской лирикой, и, частенько, под настроение слушал именно эти записи, они настраивали на правильный лад и помогали в моем нелегком ремесле. Резак закончил свою работу, я присосался манипулятором к железному диску с оплавленными краями, дернул «Боромира» назад, диск прогнулся, но, не выдержав приложенного к нему усилия, порвав последние связующие его с отцом-кораблем нити, беспомощно повис на конце моего манипулятора. 

Я незамедлительно отправил его в долгое путешествие вдоль корпуса корабля и дал своему боту команду произвести якорение. «Боромир» медленно, словно опасаясь чего-то, вполз в открывшееся черное отверстие примерно наполовину, после чего выпустил серводронов, которые стали укреплять мою козявку в теле огромного крейсера. Со стороны я выглядел клещом, который впился в тушу какого-то огромного животного, клещом паразитом, стремящимся как можно более плотно засесть в теле донора, насосаться до отвала питательных соков, наесться воспаленной плоти. Не слишком приятное сравнение, конечно, но точнее сказать трудно. 

Процесс якорения хотя и не слишком долгий, но ответственный, мой «Боромир» — моя единственная надежда вернутся с добычей, да бог с ней с добычей, просто вернуться, единственный островок жизни на этом огромном кладбище, поэтому я прогнал тест на прочность трижды, для верности еще погудел двигателями, проверяя крепление на разрыв и только после этого стал методично собираться в дорогу. А зачем, спросите вы, ты бурил корпус корабля, когда по нему щедро рассеяны дыры от плазменных ударов, зияли многометровые раны от взрывов бомб, в которые спокойно пролез бы не только твой маленький жучок, да и средних размеров транспорт поместился бы. 

Все это для туристов, господа, когда круизный лайнер влетает в развороченную ядерным взрывом главную палубу и экскурсовод срывающимся от волнения голосом рассказывает о беспримерном подвиге экипажа и великих целях, за которые они погибли. Ну, или если корабль противника, соответственно, о тех кошмарных злодеяниях совершенных погибшим кораблем и справедливым возмездием его настигшем. А в это время притихшая от величия окружившего их зрелища толпа туристов заворожено наблюдает перекрученные трубопроводы, оплавившиеся от адского огня переборки, мешанину искореженных конструкций, а потом покорно выкладывает кредиты за кусочки брони, с гравировкой «На долгую память от компании «Запузырев»». 

К способу, которым я добываю себе на кусок хлеба с маслом, подобные экскурсии не имеют ни малейшего отношения. Делать в этих развороченных дырах нечего. В момент взрыва там сгорело все, что только может гореть и даже то, что гореть не может в принципе. Огненный вихрь вымел всю органику, выжег все, что только могло стоить хоть кредит, сделал стерильными эти огромные конструкции, так впечатляюще действующие на неискушенного туриста. А потом еще вояки с металлодетекторами вырезали и выплавили все более-менее стоящие металлы, собрали все, что не уничтожил взрыв, вскрыли корпуса как консервы, вычистили их под ноль и бросили в космосе, на потеху туристической братии, смерть – это тоже бизнес. Гораздо проще навесить на груду металла ярлык исторической достопримечательности и продавать билеты на просмотр, чем, преодолевая притяжение гладкой как бильярдный шар от термоядерных взрывов планетки, волочить куда-то эти бренные останки, резать их и плавить, да они к тому моменту, когда из них понаделают детских ночных горшков, превратятся в золото, по цене естественно. Следовательно, никому это и не надо было, так и болтаются по системам выпотрошенные, все в туристических бакенах, исковерканные остовы в прошлом гордых кораблей и политические партии всех мастей и окрасов публикуют их фотографии на своих плакатах с лозунгами «Это не должно повториться!!», а мальчишки коллекционируют вкладыши от печенья с координатами этих стальных гробов. 

Но не всякий, далеко не всякий корабль погибал в облаках атомного пламени, отстреливаясь до последнего патрона, вписывая себя в героическую историю никому не нужной и потихоньку забываемой войны. Бывало и так, что в огненной круговерти саданут по кораблю из плазменных пушек, загорится он, закружится, завоют генераторы щита на пределе, успеет еще пилот бросить уже агонизирующий, наполненный болью и смертью железный гроб в прыжок, уйдет он с линии огня, понесется на слабеющих двигателях, да и не долетев, выпадет в пространство уже мертвым куском железа и долгие годы будет дрейфовать по неизвестным гравитационным течениям, пока не выйдет на орбиту зачуханной планетки, да так и будет вертеться вокруг нее, пока, по прошествии сотен лет, не шлепнется на нее, не подомнет огромной массой песок или городишко какой с дикарями, неся смерть после смерти, да и успокоится, угомонится навечно. 

Вот эти то боевые потери, в списках идущие как сгоревшие, распыленные в молекулы, пропавшие без вести, и есть предмет моей охоты, мои кормильцы и поильцы, поставщики острых ощущений моей мятущейся душе. За кого и против кого воевали они, меня не волнует совершенно, волнует меня лишь сохран, чем меньше зацепила безносая тот или иной корабль, тем лучше и качественней подниму я с него хабар, тем выгодней его продам. Война отгремела уже больше 20 лет назад, так что в галактике успел образоваться устойчивый рынок коллекционеров, собирающих предметы быта, обмундирования, вооружения, наград и прочего, как-либо связанного с ней. 

Если есть спрос, значит, есть и предложение, много таких деятелей как я шастают на своих ботах по галактике отыскивая потерянные корабли и беззастенчиво разграбляя их. Очень интересно полистать страницы онлайн-аукционов, вещи иногда выставляются совершенно уникальные, давно считавшиеся утраченными. Вот, как-то, поднял трофейщик корабль, да и выскреб с него картин, еще с Земли наворованных, эх, где только теперь тот трофейщик, небось где нить подловил его пехлеван какой, да и разметал ракетой его скорлупку, а картины те сейчас с восемью нулями после первой цифры на аукционе идут, не смог видать съесть добычу хищник, сглупил, а, может, пожадничал, последнее это дело. Ну, впрочем, да, мародер я, чистой воды и не скрываюсь, и оправдываться мне не перед кем, мародер и гробокопатель, зато сыт и в Триесте у меня трехкомнатная квартира на уровне с чистым воздухом, да и «Боромир» упакован так, что любая «сикрет сервис» обзавидуется. 

Скафандр плотно обтянул мое тело, сервоприводы работали как часы, с помощью них я мог без особого труда проломить кулаком не толстую переборку, обвес оборудования сидел как положено, ничего не болталось и не могло случайно зацепиться. Осталось проверить только уровень заряда батарей в оружии, и я нашел его не удовлетворительным. Не то, чтобы оружие было нужно при каждой вылазке, но без него, после одного случая, я на вылазки не ходил. 

Наткнулся я как-то на работающую турель безопасности, на подходе к совершенно нетронутому арсеналу на одной канонерке и чудом ушел. Отделался счастливо, поджарило только ногу, но я уж как-то дополз и завалился в реаниматор на боте, да пришлось выложить кругленькую сумму за имплантацию. В общем – повезло. 

А бывает, что и с братом-трофейщиком столкнешься, хотя меня бог миловал, не доводилось, а вот трупы двух деятелей я находил, лежали они по двум сторонам коридора, может позарился кто из них на находки другого, а может и просто шмальнули от нервов сорвавшихся, ну да кто теперь узнает, хабаром я не побрезговал, забрал их мешки с собой, потом еще долго тот корабль шерстил, неплохо поднялся, пока выскреб его подчистую. Вот так вот бывает, жизнь есть жизнь, смерть несет сама себе, даже в царстве смерти, и ничего с этим не поделаешь. Поставлю-ка я батареечки на зарядку, береженного бог бережет. А этот вот крейсер с моей стороны выглядел практически целым, но робот-камера показал мне, что словил он с десяток торпед, часть которых разрушила реактор, но реакцию почему то не вызвала. Волна жесткого излучения окутала когда-то корабль, прошла смертоносной волной по его помещениям, кубрикам и рубкам, уничтожая по пути все, что дышало, но с бездушной электроникой справится не могло и мертвый, по сути своей корабль, повинуясь командам аварийной системы, здраво оценившей ситуацию, ушел в свой последний прыжок, не прыжок даже, а содрогание, конвульсивное подергивание, да и вывалился в районе астероидного пояса, вокруг какой-то газовой планеты, затесался среди громадных камней, затих, затихло все и внутри его. Таким я его и нашел, угробил полгода на сидение в архиве, грохнул приличную сумму на расчет траектории, потом еще долго ее патрулировал, вычисляя скопление металла, проклиная несущие металл астероиды, но вот он, вот он красавчик, матово отблескивает бронированной орудийной палубой, букашкой кажется на нем мой кораблик, а про меня уж и речи нет, но вот вскрыл я его, распечатал, пробудил от мертвого сна. Заряд батарей удовлетворил меня, пригнувшись я вошел в шлюз, откачал воздух, и открыл внешнюю створку. Луч фонарика высветил длинный коридор, по которому все еще неслись в бой, во врага застывшие транспортеры снарядов. Как будто из затхлого погреба дохнуло мне в нос, что с нами только воображение не делает, и я трясясь от охватившего меня азарта и волнения, ступил на транспортер, на блестящие снаряды, на погибший корабль, и начал искать люк техобслуживания, чтобы выбраться на когда-то населенные уровни. 

Глава вторая 

В туннеле было хоть глаза коли, луч фонарика не справлялся с жирной темнотой и я включил подсветку скафандра. Пространство передо мной залило ровным белым светом. 

Люк обнаружился метров через сто пятьдесят, как я и ожидал, замок был электрическим и представлял собой обычный ригель, совмещенный приводом с электромотором. Военные никогда не усложняли себе жизнь всякими хитрыми системами, главное чтобы было надежно. Меня это тоже вполне устраивало, не надо было тратить энергию на резак. 

Через пару минут компьютер показал мне место для сверления шурфа, что я незамедлительно и проделал. Убрав дрель в отведенное ей место на поясном ремне, я вставил в отверстия контакты аккумулятора и с удовлетворением услышал, как зажурчал электродвигатель и тяжелая крышка легко и плавно поехала в сторону, убираясь в стену. Судя по плану корабля, который проецировался на стекло моего шлема, за люком меня ожидало помещение механиков, которые обслуживали орудия палубы. Я нагнулся и вошел в помещение, доверху заваленное различными запчастями и ремонтными модулями. Возле противоположной мне стены, раскорячившись всеми своими многочисленными конечностями, валялся дроид-ремонтник, который все еще сжимал в механической лапе какое-то устройство. Я подошел, забрал у дроида прибор и включил анализатор. 

Универсальный пробник-тестер, весьма распространенная вещица, максимум можно выручить кредитов двадцать. Прикинул размер тестера и…, бросил его обратно на дроида, тащить с собой полкило веса, при такой мизерной выгоде, мне совсем не улыбалось. Заберу в следующий раз, когда масса трофея не будет критичной, когда у входа будет стоять мой транспорт, и дроида заберу, и переворошу всю эту свалку на предмет чего-либо ценного, но сейчас некогда этим заниматься, сейчас надо попробовать проникнуть на мостик и в офицерские кубрики, самый, что ни на есть клондайк. 

Путь мой лежал чрез орудийную рубку, конечно передвижение тормозили запертые двери, но, с другой стороны, я и не торопился особо, ресурса скафандра, при любом раскладе, мне хватит на пару-тройку суток, ну а ресурса сверла, хватило бы просверлить весь корабль насквозь, да и осталось бы еще. 

Обожаю профессиональное оборудование. Когда ты что-то делаешь правильным инструментом, когда работа спорится и закаленная сталь режется как масло, понимаешь, за что ты платил деньги. 

В орудийной рубке я нашел первого клиента. Покрытый инеем от замерзшего воздуха, солдат сидел в кресле и таращился судачьими глазами в потухший монитор. В момент смерти руки его покоились на панели управления, но со временем, под действием ударов, которые получал корабль от соседних астероидов, кисти его раскрошились и лежали мелкими кусочками мороженого мяса на пульте и под ним. Солдат был старшим канониром и хранителем пускового ключа, который я и обнаружил возле его левой ступни. Большая удача, пусковой ключ уйдет коллекционерам влет, оторвут с руками. Отточенным как бритва ножом я срезал с его мундира знаки различия, промороженное сукно рвалось под моими пальцами как бумага, а жаль, мундир в минтовом сохране стоил бы весьма прилично. Но добыть мундир можно было только с клиента облаченного в скафандр, да еще и герметичный, небольшая санобработка и вот, пожалуйста, на вешалке висит полностью комплект формы, ну, к примеру – первого пилота, мечта трофейщика и сладкий сон коллекционера, а чуть позже в кармане звенят сотня-другая тысяч кредов. Эх, мечты-мечты. 

Повертев карточку-ключ в руках, не знаю уж зачем, повинуясь какому-то внутреннему импульсу, я воткнул его в прорезь, очерченную ярко-красной рамкой. Раздался легкий гул, давно мертвый монитор мигнул и загорелся ровным светом. За обзорным окном ожил механизм, открывающий порт орудия, двинулось по направляющим тяжелое плазменное орудие, вышло на сектор обстрела, замигали, забегали линии на мониторе ища цели, поймали в перекрестие несколько астероидов, залязгали за стенкой транспортеры, передвигая смертоносные заряды в казенник орудия, загорелись индикаторы готовности. Оставалось только отдать команду огонь. Рамка вокруг ключа уже не просто была красной, она светилась внутренним, алым светом, как врата ада, от вибрации подрагивало тело мертвого артиллериста в кресле, осыпалась, сквозь проделанные мною прорехи в обмундировании, его промороженная плоть, как будто солдат хотел уже после смерти дать команду на уничтожение, на последний свой выстрел. 

Всего этого, конечно, не было, и быть не могло. Помотав головой, я сбросил наваждение, и все вернулось на свои места. Ничто не нарушало тишину, за исключением звука моего дыхания. Закончив с мундиром, я обыскал карманы солдата, улов не богат. Блокнот, маленькая курительная трубка, старомодная, перьевая еще, ручка, реликвия, наверное. Какие-то служебные бумаги в нагрудном кармане. Сразу же все обработал гелем, кто его знает, как поведет себя на воздухе бумага двадцатилетней давности. 

Достав маленький резак, и установив минимальную мощность, я аккуратно вырезал идентификационный чип из-под правого соска и чип меддиагностики из правого предплечья. Потом, дома, я узнаю как звали этого солдата, какой он части, весь его послужной список и, самое главное, получу сведения о его родственниках и где он жил. 

Редко конечно, но бывает, что родня мало того, что жива, да еще и процветает, а тут звонит вежливый молодой человек и сообщает, что вот, мол, так и так, в ходе поисковой экспедиции найден был ваш дорогой сын, отец или муж, и за скромное вознаграждение вам передадут личные вещи покойного, а медицинский чип в деталях передаст последние минуты его жизни. И бывает, прокатывает фишка, со слезами на глазах забирает родня пластиковый пакет, долго благодарит, сажают в скутер заплаканную вдову и улетают, оставляя в душе трофейщика сложное щемящее чувство и в карманах его некоторую сумму. 

Но чаще всего идентификатор и «медик», какого-нибудь бедолаги командора 2-й орудийной палубы, штурмового крейсера «Долгожитель», да, попадался мне корабль и с таким вот, судьбоносным названием, ложатся рядом в пластиковую коробочку и находят свое последнее пристанище на моих стеллажах, потому как на родной планете командора давно уже кроме светящихся ночью радиоактивных развалин нет ничего. 

Слепив все найденное на солдате в один пластиковый ком, я добавил ко всему прочему пусковой ключ и закинул в рюкзак, подробности, как водится, будем узнавать дома. Обобранного солдата я прикрыл листом пластика, подобранного тут же, на котором прожег резаком крест, не бог весть что, но все-таки какая никакая забота. 

Про крест я вычитал в одном из архивных документов, символ погребения и упокоения, так там говорилось. Может оно и в правду так, даже хорошо бы, если так, в любом случае больше ничего для этого мертвеца я сделать не мог. Меня ждали другие клиенты и вновь сверло вгрызалось в металл, разбрасывая стружку, открывая мне дверь в коридор, который вел к лифтовым шахтам, а там и к мостику, где лежало самое жирное, наваристое барахло, офицеры в парадных кителях, по случаю сражения, а может и сам капитан корабля, в окружении трехмерных навигационных карт, бортового журнала и ящика с корабельной казной. И еще арсенал бы. Вот если арсенал цел, то я в полном шоколаде. Закусив в предвкушении всех этих богатств губу, «Сим-сим, откройся!», поторапливал я сверло, но без фанатизма, без спешки продолжал свою работу.

Дата: 11.09.2013 | Категория: Разное | Просмотров: 1153
Добавил: Михась_Бойко | Рейтинг: 5.0/2
avatar

Комментарии к материалу Трофейщик

Всего комментариев: 5

avatar
1 joara • 20:00:16, 15.09.2013
Молодец, просто молодец. Да же ошибок не нашёл, пока читал, так захватывающе. А что сталкер,  он и в космосе сталкер  :D. Продолжения !!
avatar
2 Атила • 20:28:16, 15.09.2013
Ага! :D
avatar
3 kim6340 • 19:45:05, 20.09.2013
Мне понравилось, молодец
avatar
4 PUPS2 • 15:43:00, 24.09.2013
Отлично написано "без воды".Если продолжать в том-же духе то можно публиковаться.Ждём продолжения.
avatar
5 Survarium • 08:10:33, 29.09.2013
Отличный Рассказ Автору Респект :D


Рекомендуем:

Вверх