СИМБИОГЕНЕЗ (Часть 3) | Работы от участников
Работы от участников [112]

Статьи » Второй литконкурс от stalker-gsc.ru » Работы от участников

02:15:38

СИМБИОГЕНЕЗ (Часть 3)

Передний рубеж периметра, новой Зоны отчуждения. Поселок Пески. 14 апреля 2006г.
Белое полотенце смахнуло со столешницы, обернутой в яркую клеенчатую скатерть, крошки и пыль.
- Старый! Слышь меня?!
- Чего тебе? – Отозвался ее дед из соседней комнаты.
Бабушка поставила на стол блюдце с чашкой.
- Ходь сюды, чайку попьемо.
Опираясь на костыль, старик вошел в комнату с низким потолком. Усевшись на табурет у стола, и пожевав губы беззубым ртом, принял уже ставшую ему привычной позу, сложив руки на верхнем окончании своей инвалидной палки.
Чуть погодя, на столе появился заварной чайник.
- Вчерась, у вечери, с Марфушей балакала.
- Тоби тильки балакать! – Недовольно возмутился дедушка. - А корова наша, как на выгон ушла утром, так другу добу нема. А вона все ходе и балакае. Ты вот, кажи! – Он в нетерпении стукнул костылем по полу. – Черга пасты, Угоренка була?
- Так! Тильки его бабка каже, вин вже другу добу домой не звертается. У милицию, до райцентра подалась, каже заяву складать буде. Дед то ее, знык.
Во как! А ты кажешь, Марфуша! – Немного пожевал губы. – Где же Зорька наша?! Как же мы без кормилицы-то? А Угаренок куды знык? Тьфу ты, напасть кака.
Бабушка принесла сахарницу, и свою чашку.
- Марфушина корова теж пропала, тильки вже сегодни и прям у ее на очах. Марфа таке каже - таке каже, аж сердце змерае! Жуть, да и только! Белый свет перевернулся. Сбывается пророчество, затрубят архангеловы трубы….
- Хорош молоть чушь, старая! Конкретику давай, шо вона каже? Ишь, заинтриговала меня.
Приняв заговорческий вид, бабушка заговорила шепотом, напуская таинственности. – Не хороший той грохот був, шо от станции прийшов, ой не хороший. Гутарит Марфа, вона сегодни сама скотинку на выпас погнала. Иду говорит, как вдруг, шельму мою будто кто в зад укусил….
- Шо?! Ты громче гутарь! Я ж не слышу не хрена!
- Тьфу ты, старый бес!
В это время, стоящие на столе блюдца и чашки завибрировали и затем, начали подпрыгивать, издавая при этом характерный цокот. Открыв рот, старики уставилась на танцующую утварь, ощущая, как под ногами дрожит земля. А чуть позже, они услышали рев моторов тяжелой техники.

---//---
- Добродеев! Бегом ко мне!
Сержант спрыгнул с машины и вразвалочку, направился к лейтенанту.
Закончив рассматривать карту, тот поднял взгляд и посмотрел на сержанта.
- Смотри сюда. – Он сделал жест, приглашающий следовать за ним. – Позади нас Пески, за тем леском, Карпиловка. Вот здесь, на этом месте, мы должны оборудовать блокпост и приступить к монтажу заграждения.
- Палыч, ты не темни, объясни что за хрень происходит? Подняли ни свет, ни заря, махнули триста км, и ради чего? Накой нам тут землю рыть?
- Приказ у нас такой, Добродеев. Приказ! А приказы, не обсуждаются. – Он достал сигареты. – Сейчас, пять минут перекур, потом построение, я проведу инструктаж. –Хмыкнул и пожав плечами, добавил. – Тут, Добродеев, странности во всем. Есть приказ, за периметр никого не пропускать, даже мышь. Но пришедших оттуда, задерживать, по надобности оказывать медпомощь и передавать в СБ. Во как!

---//---
Новая Зона отчуждения. 14 апреля 2006г.
- Стой!
Люди мгновенно замерли затаив дыхание. Метрах в трех от них, из-за дерева выплыл сгусток синевато-оранжевой субстанции, красота переливов и многообразие форм которого, - просто завораживала.

Дождь закончился с восходом солнца. Поднявшись над горизонтом, оно скрылось за низкими темными тучами. Было зябко, сыро и стоял легкий туман.
Пережив еще одну беспокойную ночь, люди проснулись на рассвете. Допили остатки минеральной воды, почти сразу же ощутив большое желание чего-нибудь, поесть.
Постоянно находящийся на лице респиратор, стал источать зловоние, и Владимир был первый, кто решился снять его, вдохнув в себя насыщенный влагой, свежий, утренний воздух. У каждого из них в запасе оставалось еще по одному респиратору, но после короткого совещания, решили их приберечь на тот случай, когда будет сухо, а атмосфера будет насыщена пылью, поднятой ветром с земли.
Собирались, молча и быстро. В душе каждого из них, по сути находящегося у края бездны неизвестности, в преддверии предстоящих им ранее невиданных и сильных впечатлений, бушевал набирающий силу эмоциональный ураган, будто давно забытых, новых, ярких и сильных чувств. Они переживали, преживание непостижимого.
Бывший водитель темно-синего автобуса, опустился на пол, и сложив под себя ноги, уселся по-татарски.
- Присядем на дорожку, ребятки. Поблагодарим Господа за предоставленную нам крышу. Подумаем, ничего ли мы не забыли здесь, а то такое чувство… - Он скривился. – Что-то вроде паранойи… - Тяжело вздохнул. – Да уж, при такой жизни, помимо своей воли, становишься каким-то, сентиментальным что ли.
Ребята тихо опустились на пол, напротив Ивана Сергеевича.
Прикрыв глаза, он какое-то время прислушивался к одиноким всплескам доносившихся извне звуков, - то тревожных обрывков птичьего щебета, иногда, приглушенного визга, да одиночных ударов странно грохочущего грома, хлопков, и протяжного воя от которого по спине, волной пробегали мурашки. Затем с его губ, сорвался шепот молитвы. – «Отче наш, сущий на небесах!...»

Мост остался позади, его удалось благополучно преодолеть, пройдя по оставшейся после аномального воздействия, тонкой кромке. Тут же встретившийся на пути бетонный забор, решили не обходить, а перелезть, сэкономив при этом и время, и силы. Как вдруг, окрик Ивана Сергеевича, заставил нервно вздрогнуть, моментально покрыться холодным потом и резко, прекратить движение.

- Тихонечко ребятки. Тихонько. Не двигаемся.
Три пары глаз не мигая, наблюдали за загадочно-извилистой траекторией полета, не менее загадочного аморфного тела. Это что-то, левитировало в воздухе, словно шаровая молния.
Будто осознав, что за ней наблюдают, аномалия решила проявить себя, показав на что способна. Тонкий отросток, как лучик оранжевого света отделился от аморфной субстанции, и коснулся тяжелой ветви старого дерева. Ответная реакция была моментальной. Ветвь на мгновенье озарилась внутренним светом и вмиг превратилась в материал, напоминающий черное стекло. Грузно качнувшись, она с треском надломилась и рухнула на землю, с громким звоном разлетевшись вдребезги, обдав случайных зрителей градом осколков. Но представление на этом не закончилось.
Аморфная субстанция продолжила свое замысловатое движение, только уже в сторону людей, открывших от изумления рты.
Приблизившись к земле, где среди травы были разбросаны остекленевшие осколки, некогда мощной ветви, аномалия, как магнит стала притягивать их к себе, при этом резко замедлив свою скорость передвижения. Мелкие осколки, устремившиеся к материнской субстанции, поблескивали короткими вспышками бликов, закручиваясь в своей траектории движения, вокруг аморфного сгустка по спирали. Через пару мгновений, вокруг аномалии образовалось облако из стеклянной пыли.
Глаза Маши расширялись от ужаса, она будто бы сжималась в своих размерах и одновременно отшатнувшись, вскрикнула, отскочив при этом в сторону.
Аномалия, как хищник на охоте, моментально засекла потенциальную жертву, и устремилась к ней.
Не задумываясь, Владимир метнул свой мобильник в набирающую скорость аномалию, и та, резко изменила свою траекторию.
Электронное устройство зашуршало в листве дерева, раскинувшего свои ветви над бетонным забором.
Что-то изменилось. Картина окружающей действительности, как-то неестественно исказилась. Кинувшееся было за мобильником аморфное тело, попало в силовые сети другой аномалии и будто бы заволновалось, заметалось, как бы пытаясь вырваться.
Внезапно, из забора, из листьев дерева, из веток, да и просто из ниоткуда в облачко стеклянной пыли, сотрясая воздух мощными громовыми раскатами, ударили толстые вспышки электрических разрядов. После минутной обработки, получилась идеальная круглая сфера мутновато-синеватого цвета, внутри которой, что-то бледно светилось, переливаясь разными цветами. Сфера упала на землю, при этом ярко вспыхнув, и откатилась в сторону.
Медленно заваливаясь на бок, Маша упала в обморок.
Откатившись метров на пять, от места феерического действа, сфера потемнела, став темно-лиловой с каким-то тускло синеватым, внутренним свечением.
- Володенька, ты займись Машенькой, приведи ее в чувство. А я гляну, что это за хрень такая. Очень уж меня это дело заинтересовало.
Владимир перевел взгляд на говорящего, и в ужасе отшатнулся, ощутив повеявший в лицо, могильный холод. Это было непостижимо длинное мгновение, он смотрел на… Михаила Ефремовича. Володя даже успел рассмотреть его внешний вид. Куртка, рукавами вокруг пояса завязана на узел. Одной руки нет, и вся его правая сторона залита потемневшей кровью, лицо обескровлено бледное, а рот, как черная дыра и кажется….
- Стой паря! Стой!
Владимир удивленно уставился на Ивана Сергеевича, как будто видел его впервые, а тот, шагнув к нему, быстро и властно ухватил его за ворот куртки и потянул за собой.
- Что случилось? У тебя вид, будто ты утром какашку съел и тебе только что об этом сообщили. Ты сбрендил наверно? Еще шаг и поджарился бы вроде этого шарика, - он кивнул в сторону, - как в электропечи! Ты же только что сам это видел!….
- Ниче-ниче, спасибо. Что-то голова закружилась. Я тут, посижу рядом с Машей. Хорошо?
Нахмурив брови, Иван Сергеевич посмотрел по сторонам и снова перевел взгляд на Владимира. Затем дружески похлопал его по плечу. – Отдохни. Конечно, отдохни. А я сейчас…
Приближаясь к новоявленному предмету, размеры которого были чуть поменьше футбольного мяча, Иван Сергеевич сосредоточенно шарил по карманам, к нему в голову пришла странная мысль, и он просто жаждал ее проверить на практике.
Минут через двадцать, они продолжили свой путь, выставив впереди себя двухметровый шест, из старой, высохшей коряги, к концу которого была прикреплена авоська с загадочным, шарообразным предметом внутри. Как только лиловый шар приближался к враждебно-опасному месту, он начинал светиться, то голубоватым, то ярко белым, то розоватым свечением.

---//---
Город встретил путников тишиной и пустынностью. Воздух был насыщен гарью недавних пожарищ, а местами, легкий порыв ветра нес в себе, струю запаха смети.
На всем протяжении маршрута их путешествия, на каждом шагу и за каждым поворотом, людей встречал и всюду сопровождал невиданный ранее, фантастически-сюрреалистичный пейзаж. Казалось, они попали на другую планету, в совершенно другой мир, где царили совершенно другие законы природы. Но мало-помалу люди стали привыкать к окружающей действительности и поначалу рождавшиеся в их душе яркие и сильные чувства, как-то быстро стали притупляться и картина окружающей реальности начинала казаться обыденной. Непомерная осторожность, проявленная людьми вначале знакомства с новым миром, притупилась, а затем сменилась на само собой разумеющиеся правила поведения. И все это произошло так быстро, что Иван Сергеевич видел в этом какой-то подвох, и старался вести себя, как можно осторожней, одновременно, как наседка следит за своими цыплятами, он опекал молодежь, предостерегая ее от рискованно-опасных действий. Ему был хорошо известен тот факт, что как только молодой водитель начинал видеть себя «Асссом» вождения - с тремя буквами «с», авария становилась не минуемой.
Свернув на очередную улицу, они остановились.
Девушка поморщилась и легонько вздрогнула. - Как Вы думаете, Иван Сергеевич, мы часом не опоздали?
Осматриваясь по сторонам, мужчина шумно втянул в себя воздух. - Смотря на что, Машенька, смотря на что…
Смутившись и покраснев, задавать следующий волнующий ее вопрос, она не решилась.
Владимир посмотрел на старшего товарища. - Как думаете, где именно должна будет проходить эвакуация? Я имею, введу, в каком месте города?
- Не знаю, но мне кажется, продвигаться нам нужно к администрации. – Иван Сергеевич посмотрел на своих спутников.
Находясь в состоянии нерешительности, они продолжали стоять посреди неизвестной им улицы, как бы находящейся в туннеле из густого кустарника и высоких раскидистых деревьев с разноцветной листвой, будто нарушив все законы, в этот город пришла осень.
- А может, нам следует идти на автостанцию? – Несмело предложила Маша.
- Может и следует, только из нас никто не знает этот город и, следовательно, где находится автостанция. И судя по всему, спросить нам будет не у кого.
Маша пожала плечами. – Тогда давайте мы просто будем идти по улице. С улицы на улицу, глядишь, куда и выйдем, а может, и кого встретим.
- Очевидно, ничего другого нам и не остается. Двигаться будем в южном направлении. Пойдемте друзья, не будем терять времени. – С этими словами Иван Сергеевич выставил перед собой шест с закрепленным на нем аномальным предметом и не спеша зашагал вдоль давно заброшенной улицы.
Подойдя к т-образному перекрестку, группа вынуждена была свернуть с намеченного маршрута. Аномальный шар пожелтел и начал светится, вокруг него появился ореол, а посреди улицы раскинулось довольно обширное болото, озаренной будто бы внутренним свечением, зеленоватой, вязкой как патока, жидкой субстанции. На ее поверхности появлялись шумно лопающиеся пузыри, источающие невыносимое зловоние. Иногда, тонкие струйки жидкости, нарушая земные законы, поднимались куда-то вверх, исчезая в тумане, казавшемся живым.
Практически на глазах у путников, небольшое сооружение, более похожее на гараж, издавая хлюпающие и шипящие звуки, медленно погружалось в зловонное болото. От него, по поверхности вязкой жидкости, расходились во все стороны темные струи, как щупальца осьминога.
Но полностью рассмотреть представшую перед людьми картину, не удалось. Запекло глаза, они начали сильно слезиться, у путешественников перехватило дыхание, а затем их накрыл сильный кашель. Не долго думая, люди срочно покинули это место, энергично удаляясь по широкой улице в северном направлении. Выйдя на свежую струю, они еще около получаса не могли прийти в норму, и практически рухнув на зеленую траву, пытались отдышаться и сдержать разбушевавшийся кашель.

---//---
Владимир, шедший в арьергарде, вдруг остановился, прислушиваясь.
- Подождите! – Пожилой мужчина и девушка остановились, и полуобернувшись, удивленно посмотрели на него. - Слышите?
- Что?
- Глухие удары. Вот! Сейчас были, слышали?
Маша согласно кивнула, а Иван Сергеевич только пожал плечами, как в это мгновение до них долетел резкий и звонкий металлический звук.
- Ха! И, правда. Кажись, разбирают что. Айда туда ребятки.

Через несколько минут, пройдя через двор пятиэтажных зданий, они вышли к двухэтажному строению, очень сильно напоминающему детский сад. Издали было видно, что часть этого здания была разрушена и сильно обгорела, а в некоторых местах, из руин до сих пор в небо поднимались тонкие струйки разноцветного дыма.
Скорее всего, выстроившись цепочкой в глубине уцелевшей части здания, несколько человек через оконный проем извлекали наружу картонные коробки и мешки, укладывая их на небольшую тележку, с маленькими колесиками.
Пришельцы были быстро замечены, люди остановились, с минуту рассматривая их, затем приглашая к себе, замахали руками.
- Чего стесняетесь!? Подходите!
- Только осторожно, здесь очень опасно!
Широко расплывшись в улыбке, Иван Сергеевич, как и прежде, возглавил шествие. Ему казалось, будто стопудовый камень упал с души и в нем воспряла надежда скорого возвращения домой, к привычной жизни.
Они сократили расстояние всего, метров так на десть, как лиловый шар вдруг заволновался, засветившись внутренним, зеленоватым свечением. Человек, несший его на шесте, остановился. Улыбка сползла с лица, и он до рези в глазах всматривался перед собой и внимательно осматривал окрестности. Ему никто не мешал. Находящиеся за ним друзья по несчастью, молча, ждали пока он примет решение, а незнакомые люди, терпеливо ожидающие их подхода, с интересом рассматривали привязанный к шесту шар.
Поводив аномальным предметом во все стороны, Иван Сергеевич по интенсивности его свечения, выбрал, как ему казалось, единственно верный путь. Группа, невольных путешественников резко забирая влево, стала обходить непонятно чем опасный участок местности.
Пятеро мужчин, на вид около тридцати пяти – сорока лет, в поношенном и застиранном камуфляже, встретили их просто, по-дружески крепко пожав руки.
- Откуда вы будете? По крайней мере, я, раньше никогда не видел вас здесь.
Иван Сергеевич развел руки в стороны. – Дык, служебная командировка.
Маша добавила, гордо вставив свои «пять копеек». - Государственная экологическая инспекция.
Один из незнакомых мужчин усмехнулся. – Ну, у вас тут теперь работы, - он раскинул руки в сторону, - непочатый край.
Иван Сергеевич, продолжил рассказ. – Мы вчера утром приехали. На затоне были, когда… Ох и тряхануло нас там, одного сразу же потеряли, и потом еще троих. Один из них, у нас на глазах, растаял в воздухе вместе с частью понтона.
- Да уж. – Мужики тяжело вздохнули. – Нас здесь тоже потрепало, да так что… Грохнуло на севере, а здесь и вокруг, светопреставление началось, да такое, что мама не горюй!
- Решили, что АЭС взлетела на воздух. Со страху оно ведь, всякое причудится. У кого здесь транспорт свой был, людей битком набивалось, даже на крышах сидели.
- А у меня на глазах, ни с того ни с сего, автобус по швам разошелся, будто в него фугас тяжелого орудия попал, людей на изнанку выворачивало. Кровища, жуть!
- В общем, осталось нас тут, всего ничего. Около ста человек на вокзале ютятся, да около двухсот в клинике, в основном раненые и получившие различные увечья. Сидим вот, ждем помощи с большой земли.
- Оно, конечно, есть такая вероятность, что еще кто где схоронился, но мы этого не знаем. Хочется верить, что большинство тех, кто тогда на машины попрыгал, выбрались из зоны.
- Происходит здесь, что-то странное очень. Ранее не виданное.
Немного помолчали. Затем Иван Сергеевич, участливо спросил. – Передвигаетесь то вы как?
Один из мужчин, находящийся внутри здания и стоявший у оконного проема, облокотившись на подоконник, давая ответ, немного смутился.
- С этим делом, мля…. Целая проблема, мля.
- Ладно Сеня, отдохни. В общем, она быстро нам дала понять, что мы здесь никто.
- Однако если соблюдать ряд правил, то выжить можно. Мы вот, - мужчина кивнул в строну, где у стены стояла деревянная конструкция напоминающая своим видом, одноколесную тачку, только с длинными ручками - соорудили нечто такое, и тягаем ее за собой. Вернее перед собой.
- Пока сюда доехали, две таких хреновины скоропостижно закончили свои дни.
- Мне чуть руки не оторвало, мля… До сих пор болят.
- Ладно Сеня, отдохни.
Один из мужчин указал на висящий, на шесте шар. – А вы, как я понимаю, этим пользуетесь?
Иван Сергеевич тоже посмотрел на шарик. – Да. Сначала, «это» чуть не убило нас. А после того как поджарилось в электричестве, стало нам помогать.
- Радиоактивен?
- Да кто ж его знает. У нас все оборудование из строя вышло. Ничего не работает.
-Да уж. У нас тоже вся электроника умерла. Связи, никакой. Сидим и не знаем, что нас ждет. Даже боимся подумать о будущем. Вдруг, никакой эвакуации не будет, потому что весь мир стал таким, как здесь.
Кто-то зло сказал. – Хватит сопли распускать! И так всем тошно.
На какое-то время, все замолчали.
- Ладно, ребята. Нужно помогать и выручать друг друга! В общем, присоединяйтесь к нам. Иначе, здесь не выживешь. Нам необходимо собрать все оставшиеся в разных местах города, продукты питания. Потому как в основной своей массе, по известным причинам, люди панически боятся выходить из занимаемых ими помещений, а как ни крути, кушать-то надо.
- Вот мы, так сказать группа активистов, решили заняться решением данного вопроса.
- Нам нужно доставить продукты питания из этой, бывшей уже столовой, в клинику и на автостанцию.
Иван Сергеевич посмотрел на своих спутников. – Мы с удовольствием присоединимся и поможем чем сможем. Да и шарик наш, очень даже будет полезен.
- Отлично! Пердлагаю, немного перекусить, перед дорогой. – Он вздохнул. – Чем Бог послал.

---//---
Два дня спустя. Киев.
На руке, прижимавшей мобильник к уху, блеснуло кварцевое стекло швейцарских часов. Тяжелое кресло принявшее в свои объятия статную мужскую фигуру, монотонно разворачивалось то вправо, то влево.
- Интерес к Зоне отчуждения, с каждым днем, растет в арифметической прогрессии.… Да, ты прав.… Сейчас создается всесторонняя независимая комиссия, закрытого типа, призванная координировать усилия по изучению проблем данного феномена. Разумеется, не гласно, государства европейского союза, собираются выделять серьезные денежные средства на все это… Я был уверен, что ты все правильно поймешь.… Да.… Да.… Все бразды правления и контроля ситуации, уходят из моих рук к этой комиссии. Мне, как воздух, нужен там свой человек… Конечно, идеальный вариант, если их будет два, или три… Я тебя понял. Остальное обсудим при личной встрече. Будь здоров!
Мобильный телефон, занял свое привычное место на столе и в этот момент, помещение огласил бой напольных часов.
- Час дня. – Мысленно констатировал высокий государственный чиновник и посмотрел на свой портфель. – Это ж, у меня сегодня еще и выезд к периметру зоны, в составе правительственной комиссии. Ух, что-то она меня уже начинает доставать. Крепит по черному…
Он извлек из портфеля DVD диск, на котором красовался штамп, «цилком таемно». Он получил его сегодня утром, от тех двух СБУшников, которых он тихо прозвал «двое из ларца».
Каретка с диском тихо скрылась в приводе считывающего устройства.
Экран монитора осветила надпись, «для начала декодирования, введите логин и пароль». После того, как чиновник выполнил требуемое, на мониторе развернулось окно проигрывателя.

Небо было затянуто плотными серыми тучами. Обширное поле, в дальнем краю которого виднеется лесополоса и столбы электропередачи. Далее, камера ушла влево, представив стороннему наблюдателю живой коридор из вооруженных солдат, выстроившихся цепочкой с дистанцией в три метра, уходящей куда-то к середине поля.
Мужчина в белом халате, под которым виднелась военная форма, повел по живому коридору служебную собаку. Наметанным глазом, чиновник сразу определил, что овчарка уже старая и очевидно, списана со службы. Собака ведет себя спокойно, но как-то неуверенно.
Вот, живой коридор закончился. Мужчина в белом халате отдает овчарке несколько приказаний. Она садится, затем ложится, а потом срывается вперед, с усердием выполняя полученный приказ.
Камера делает медленный наезд за бегущей собакой. И вот, метров через двадцать, происходит что-то невероятное. Неведомая сила выхватывает овчарку из порыжевшей травы. На мгновение она зависает в воздухе, метрах в трех от земли. Бесплотный воздух вдруг приобретает структуру в виде прозрачного призрачного фантома какой-то остроконечной несуразности. Картинка на заднем плане искажается, до оператора долетел звук визга испуганного животного. Затем происходит еще более невероятное. В одно мгновение, сопровождаемое сильным хлюпающим хлопком, собака превращается в облако бурой пыли. Какая-то малая часть этого облака, что когда-то было добрым псом, закручиваясь по спирали медленно поднималось вверх, а другая, большая часть, так же медленно оседала на землю.
В следующем кадре уже видна картина другой местности. Часть территории огорожена красными флажками. Человек в белом халате, дает краткое пояснение.
«- Волей случая были обнаружены места неизвестного пси-излучения. Неизвестного потому, что еще не определена его природа и частота излучения. Но проведенные опыты показывают, что они имеют разную интенсивность и могут влиять избирательно».
И вот, на отмеченную флажками территорию, заходит колонна солдат. Очень хорошо видно, как несколько человек идущих в колонне, начинают себя неадекватно вести. Можно сказать очень нервозно и даже враждебно. Строй ломается. Команды перестают выполняться и наконец, несколько человек падают на землю, ухватившись руками за головы, а еще несколько, их трудно сосчитать, в панике покидают распавшийся строй. Примечательно, что остальные солдаты, находящиеся в колонне, не понимали что происходит.
В другом случае, вся колонна, попавшая под действие пси поля уже на другой местности, панически разбежалась в разные стороны. При проведении данных исследований, считаются пропавшими безвести, десять человек. То есть, их до сих пор не могут найти.
В следующем кадре, солдат, испытавший на себе воздействие пси поля, дает интервью.
«- Несмотря на прохладную погоду, я вдруг стал мокрым от пота. Без видимых на то причин, меня бросило в жар. Капли пота неприятно стекали по спине, он застилал мне глаза. Затем, вдруг все вокруг окутал какой-то туман. Странный и страшный. У меня было полное ощущение, что мои товарищи его не видят, а он казался таким живым и таинственным! В нем передвигались какие-то тени, что-то шелестело. Казалось, я иду по какому-то длинному, не сканчаемому туннелю. Я не помню когда, но меня накрыл жуткий, неимоверно животный страх. Не помню, как я оказался на дне глубокого рва в двух километрах от расположения своей роты».
И снова человек в белом халате. «- Как мы видим, неизвестное пси-излучение на время своего воздействия, искривляет восприятие и глубинно изменяет сознание индивида…».

Чиновник в очередной раз посмотрел на часы и недовольно закрыл окно видеоплеера.
- Глубинно изменяет… - Подумал он. – Десять человек бесследно пропали. Это же серьезный скандал. Да уж, шила в мешке не утаишь. Становится все труднее и труднее скрывать информацию о Зоне отчуждения.… Так! В первую очередь, нужно будет распорядиться о проведении ряда комплексных проверок, чтобы со стороны служивых, поменьше задавались нежелательные для нас вопросы. Пусть лучше налаживают службу, драят плацы и красят траву, но чтобы времени на вольные измышления, у них не оставалось. – Чиновник закрыл ноутбук и откинулся на спинку кресла. – И второе. Все эти детские игры с подобным родом исследований, незамедлительно прекратить. Нужно максимально снизить невосполнимые потери, иначе, негативной напряженности в обществе, не избежать. В данный момент не имеет смысла нагнетать и так не благоприятно сложившуюся обстановку. Уже потом, когда все устоится, все образуется и уладится, можно будет создать отдельное ведомство по изучению Зоны отчуждения, которое будет находиться под неусыпным контролем спецслужб. Хотя нет. Он напрягся. – Его нужно создавать уже сейчас! А поскольку я буду инициатором, это ведомство будет под моим контролем, безусловно. Даже если в будущем меня сместят с должности, я просто на просто, буду играть роль консультанта. Только благодаря этому, я не потеряю контроль над финансированием этого проекта. И денежный ручеек, весело продолжит свой бег в мои…
Ухватившись за ручку портфеля, он поднялся с кресла и спешно покинул кабинет.
- Светик! Меня сегодня уже не будет, я на выездной комиссии. Если вдруг, что-то важное, все в телефонном режиме. Окей!?
Секретарь, утвердительно кивнула, а по выражению на лице боса, поняла, что сегодня, ему лучше не звонить вообще.
Через час, кортеж из нескольких правительственных машин в сопровождении нарядов ГАИ, покинул город.

---//---
Поздний вечер этого же дня. Пригород Киева.
Богатая, остекленная беседка из резного лакированного дерева стояла среди мощных, но еще голых дубов, на территории частной усадьбы в пригороде Киева.
Стояла тихая, безветренная погода. Закат окрасил облака в яркий пурпурный цвет.
В вечерней тишине были отчетливо слышны удаленные и приглушенные звуки несущихся по трассе автомашин. Где-то шумно отдыхала веселая компания. В атмосфере витал тонкий аромат легкого дымка и готовящегося на тлеющих углях, мяса.
Шорох прошлогодней листвы и легкий звук приближающихся шагов. В беседке скрипнула половица, затем раздался щелчок выключателя и внутреннее пространство, озарилась мягким голубоватым светом.
- Не разбудил?
- Нет. Я люблю предаваться размышлениям разного рода, когда нахожусь в уединении. – Человек усмехнулся. – В последнее время, мне все чаще хочется побыть одному, можно сказать, насладится одиночеством. Очевидно это старость.
Гость погрузился в кресло, стоящее рядом с хозяйским, и принял из рук старого друга, бокал с коньяком. – Мне кажется, это, скорее всего, нечто иное. Возможго, проявление житейской мудрости.
Какое-то время они помолчали, прислушиваясь к доносившимся извне звукам.
- Ты выполнил мою просьбу?
- И да, и нет.
- Поясни.
- Представляешь! Случайно наткнулся в министерстве на своего старого знакомого и в доверительной беседе с ним, узнал столько интересного. Настолько интересного, что наверно, сегодня не засну.
- Какое это может иметь отношение к тому, что телефон моего сына не отвечает, и мы с матерью никак не можем с ним связаться. У него не работе, только развели руками и сказали, что связи нет и с остальными членами группы. По какой-то причине, эти вещи меня не только настораживают. Они меня пугают.
- В общем, по всему получается, что слухи, будто в Зоне произошел мощный взрыв, не родились на пустом месте. Есть информация, что те немногие счастливцы, вышедшие от туда, рассказывают настолько феноменально фантастические истории, что просто диву даешься, а профессионалы фантасты, нервно курят на задворках вселенной. Верить в это или нет, не знаю. Но! К сегодняшнему вечеру, войска полностью оцепили периметр Зоны отчуждения и приступили к установке заградительных сооружений.
Они переглянулись.
- Что это означает?
- Не знаю.

---//---
Новая Зона отчуждения. 17 апреля 2006г.
К полудню распогодилось. Только в дали, над центром Зоны, еще оставались, как бы ходившие по кругу, тяжелые серые тучи.
Яркое солнце, мягко излучало на земную поверхность свое тепло. Все чаще и чаще слышался радостный птичий щебет.
Владимир согнал с лица надоедливую муху и продолжил наматывать на картонный тубус диаметром около десяти сантиметров, аккуратно раздвоенный, телефонный провод. Сделав очередную контактную петлю, он тяжело вздохнул и в который раз за сегодняшний день, сорвался в невеселые раздумья.

Запасы продуктов питания таяли на глазах. В клинике, люди, получившие серьезные травмы и ожоги, умирали по десять – двенадцать человек в день, их хоронили тут же, во дворе госпиталя. Общее настроение, как больных, так и персонала больницы от этого не улучшалось. Росла нервозность и среди обитателей автостанции, а помощи, как не было, так и нет. Образовался некий вакуум всеобщего непонимания, - «что вообще происходит». Сложившаяся ситуация напоминала пороховую бочку, огонек ее фитиля уже скрылся за щелью обшивки, а взрыва все еще не происходило, но он должен был вот-вот состояться.
Маша вызвалась помогать в уходе за больными и осталась в клинике. Владимиру не хотелось, чтобы их группа разделялась, и он решил было также как девушка, принять участие в благом деле, но…. На первой же перевязке, его стошнило, Владимир чуть было не потерял сознание, от открывшегося перед ним вида. Больной, лежащий на перевязочном столе, был в сознании, и испугался реакции постороннего человека. Через пятнадцать минут, он умер.
Иван Сергеевич остался с Машей, решив в данной ситуации, что в качестве санитара, от него будет большая польза. А Владимир, не справившись со своими ощущениями, отправился в составе сопровождающих импровизированного «обоза» с продовольствием, на автовокзал.
Два дня он маялся от безделья и неопределенности, отягощенный мыслями о будущем. Время тянулось замедленно, как остывающая патока. В атмосфере усиливалась напряженность и, между людьми уже начали вспыхивать скандалы, первые ростки открытого противостояния. Необходимо было что-то делать, что-то предпринимать. И это понимал не только он.
Глава администрации, на глазах которого неведомая сила разорвала его джип, прекрасно осознавал всеобщее состояние людей и как подобает руководителю, властно и жестко старался сохранить контроль над ситуацией. Ведь в данный момент, он был единственным олицетворением государственной власти на этом пяточке человеческой цивилизации. Пока что люди это понимали, верили ему и прислушивались к его словам. Но, как это всегда бывает, по какому-то непонятному принципу, с течением времени люди поделились на довольно сплоченные группы, в которых появились свои, неформальные лидеры и у каждого из них, было свое мнение и свой взгляд на дальнейшее развитие событий. Глава администрации это прекрасно видел, и каким-то образом ему удавалось, в это тяжелое время, использовать управленческий потенциал, ранее никоем образом не проявляющих подобных способностей и вдруг расправивших свои крылья - лидеров, в нужное ему русло.
Наконец Владимиру надоел бесконечный режим ожидания непонятно чего. Он твердо решил бороться с данностью окружившей его действительности. – В первую очередь нужно стать нужным. – Говорил он себе. – И окружающие будут тебя ценить, поскольку без тебя, им будет гораздо труднее, а трудностей боятся. Трудностей, никто не хочет.
Он решил-таки сделать простейший детекторный приемник, чтобы люди, наконец, узнали, что творится в мире. Ведь если они будут знать, что где-то там, о них помнят и пытаются помочь, их настроение круто изменится. Однако, глава администрации Зоны, пытающийся держать все под своим контролем, отнесся к этой затее, скептически. – Я не запрещаю. Но! Вдруг у тебя ничего не получится, или кроме шумов мы ничего не услышим. Вдруг, по ту сторону эфира, никого не окажется. При таком раскладе, своими действиями ты можешь только ускорить нашу гибель….
Владимир какое-то время не решался приступить к реализации своей идеи, но…. Неопределенность казалась ему еще более страшной бедой.
- Несомненно, - думал он, - какой-то результат я получу и он, возможно, повлияет на развитие дальнейших событий. Но, как и каким образом? Предсказать это, очень трудно. И я и окружающие меня люди, все мы находимся в некой агрессивной среде, в которой происходят случайные и не контролируемые явления, можно сказать, что это вероятностная среда, где понятия достоверности и определенности вытесняются понятием – вероятности. Следовательно, я могу предполагать, что вероятнее всего, мои действия повлекут за собой именно положительно заряженные последствия. Но также, существует вероятность, что все эти мои размышления беспочвенны и пусты, а глава администрации, всего на всего, боится потерять контроль над ситуацией. Но чтобы там, ни было….
Проведя дополнительные поиски, в руках Владимира оказались: - новенькое лезвие «нива», он взял его у грузного пожилого мужчины в дальнем углу зала, возле кассы; - фольга с бумагой из сигаретной пачки; огрызок графитового карандаша и булавка.
При помощи зажигалки турбо, Владимир опалил половину лезвия, разогрев его докрасна и остудил на воздухе. Булавку вставил в огрызок карандаша так, чтобы ее жало, вошло между древком и стержнем графита. Перочинным ножом аккуратно заточил карандаш, а к самой булавке, прикрепил небольшой кусок провода, соединяющийся с общей схемой. Из сигаретной фольги, путем скручивания ее в толстую трубочку шириной около сантиметра, он сделал два конденсатора. Решив чисто интуитивно, без дополнительных расчетов, что они именно той емкости, какая необходима для работы детектора. Вся конструкция будущего детекторного приемника крепилась к пустой картонной коробке из-под конфет. Оставалось только доделать катушку колебательного контура.

Встав и немного размяв затекшие ноги, Владимир приступил к ждавшей его работе.
И вот катушка уже была готова и заняла свое место на коробке, играющей роль монтажного плата. Не очень большой провод из оставшегося куска, был отведен под заземление и прикреплен к опорной металлической трубе навеса. К более длинному куску оставшегося провода, который должен был выступить в качестве антенны, была привязана пол-литровая пластиковая баклажка, набитая землей. Ее Володя забросил на крышу навеса. Теперь, динамик из телефонной трубки. Контакты заняли свое место, и радиомеханик взялся за карандаш, придавил его стержень к лезвию, и медленно повел по нему.
По началу, ничего не произошло. Акустический излучатель оставался нем. Володя перебросил провод на следующую контактную петлю катушки. И снова тишина. Сглотнув собравшуюся слюну, он повторил предыдущее действие, перенеся провод на следующую контактную петлю, увеличивая тем самым, количество витков использующихся для приема сигнала.
Только пройдя три четверти контактных петель катушки, наушник издал характерно четкий треск, а потом, из него тихо полилась мелодия.
-Уррааа! Получилось! – На какое-то время, Владимир стал центром всеобщего внимания.

---//---
Рабочий детекторный приемник, Володя передал главе администрации, а тот в свою очередь, сразу же организовал постоянное прослушивание эфира. Более всего интересовали новости, и тому слушателю, на чью смену они выпадали, необходимо было все тщательно занести в тетрадь, если не дословно, то хотя бы суть извещения.
На следующий день, где-то после десяти часов утра, началось какое-то движение. Владимир только проснулся и, приподнявшись на локтях, у входа в зал ожидания, увидел мужчин, которые встретили его группу у развалин бывшей столовой.
Протерев глаза, он энергично поднялся и широко улыбаясь, направился к ним.
- Здравствуйте!
- А, старый знакомый! Привет дружище.
Володя обменялся с ними крепкими рукопожатиями. – Вы из клиники?
- Да. – Опечалено ответил старший группы, но переполняемый чувствами юноша, этого не заметил.
- Как там Маша и Иван Сергеевич?
- Да вроде все нормально. Если хочешь, сходи. Мы дорогу разметили, на ней все чисто.
Его товарищ поддержал, - Безопасно, стопудово. На ней ваш шарик ни разу не засветился.
- Понятно, спасибо.
В это время их окликнул глава администрации и жестом пригласил пройти к помещению его резиденции.
- В общем, смотри. Помнишь, как мы шли прошлый раз?
- Да.
- Не ходи туда. Недалеко отсюда, по этому маршруту поселилась высокотемпературная аномалия, проплавила асфальт и пожгла близ стоящие деревья. Там очень трудно пройти. Сейчас, только выходишь с вокзала, сразу налево, как дойдешь до дороги бери правее и прямо по дороге, прямо, прямо, а там увидишь. Мы из желтого песка тонкую дорожку насыпали, по ней и иди, и ничего не бойся. Проверено.
- Хотя, можешь, не торопится. Дня через три, персонал клиники на автостанцию перейдет.
Володя на мгновение задумался. – Так все плохо?
Старший группы лишь безрадостно махнул рукой. – Все будет хорошо. – И они пошли по узкому проходу, меж сидящих и лежащих на полу людей.
Сложив бровки домиком, Владимир посмотрел им вслед и заспешил к своему месту, собираться в дорогу. Ему не терпелось похвастать Маше о своих достижениях.
Он быстро сложил в сумку свои вещи, а удивленно уставившемуся на него соседу, сказал. – Я в госпиталь. Схожу проведать свою девушку.
У того от удивления расширились глаза, но сказать он ничего не успел, Володя энергично покинул зал ожидания Чернобыльской автостанции.

Пройдя по асфальтированной дороге около трехсот метров, он набрел на тонкую желтую линию из песка. Миновав т-образный перекресток, песочная дорожка уводила его в дебри кустарника и Володя ни на миг, не задумавшись об опасности, следовал за этой путеводной нитью.
Пропетляв между деревьями, он вышел на широкую дорожку, вылитую из отвального шлака. По левую руку от него, за густым и высоким кустарником, просматривался низкий заборчик и за ним, небольшой покосившийся домик.
Пройдя перекресток, Володя вышел на небольшую, треугольной формы, площадку. Узкая песочная дорожка уходила левее и путешественник, следуя за ней, побрел по пустынной улице.
Вдруг, откуда-то из-за здания, стоящего по правую руку путника, раздался мощный грохот, будто локомотив на приличной скорости состыковался с ожидающим его составом.
От неожиданности, Володя аж присел. А через мгновение, метров в пяти от него, на асфальт упал и ярко вспыхнул, небольшой предмет, размером с апельсин.
От яркой вспышки запекло глаза. Он быстро зажмурился и присев, с силой потер веки, пока от боли не проступила слеза.
- Ух, е-мое! Очередной шарик. Нужно посмотреть, что за хрень такая. – Подумал Владимир. – Может, и с этой штуковиной можно будет ходить, не боясь куда-нибудь вляпаться.
Поднявшись, он мысленно представил себе возможную траекторию аномального тела и, свернув с дороги влево, начал поиски этого предмета в траве.
К его удивлению, нечто необычное он нашел у торцовой стены одноэтажного здания, в десяти – пятнадцати метрах от дороги.
Этот предмет действительно был размером с апельсин, но довольно неправильной и сложной формы. Сказать точнее, чем-то похожий на немного вытянутый, как яйцо, икосаэдр. Он бледно мерцал голубоватым свечением и имел завораживающую своей глубиной, цветовую гамму. В общей картине окружающей действительности, этот предмет казался чужеродным.
Рассматривая артефакт, Владимир был настолько увлечен, что не замечал происходящих вокруг перемен.
Пренебрегая личной безопасностью, юноша опрометчиво бросился на поиски заинтересовавшего его предмета, как та сорока, охотница за всем блестящим. Но как говорится, что сделано - то сделано.
Притаившуюся аномалию неизвестной природы и происхождения, активировал удар его сердца.
Истории осталось неизвестно, что вообще должно было бы случиться, но вокруг Владимира начали происходить некие изменения, не мгновенно и скачкообразно, а замедленно и неощутимо, будто таинственный хищник производил последние приготовления, для решающего броска.
Незадачливый путник оказался в призрачном коконе, и его заволокло легким, бледно светящемся туманом, но казалось, юноша этого не замечает. Не замечал он и происходившие изменения, принявшие более масштабный характер.
Бездонное голубое небо, быстро потемнело, а затем украсилось извилистыми дорогами разноцветного сияния. Вздрогнув, земля загудела, на нее изливались мощные громовые раскаты.
Разрядка аномалии совпала с пиковым моментом мощного выброса неизвестной науки энергии.
В одно мгновение аномальный кокон приобрел структуру, рассыпавшись на тысячи тысяч мельчайших частиц. Сознание Владимира расщепилось, тут же померкнув.

Короткая вспышка яркого света и пришло осознание некой раздробленности и одновременно, незыблемой целостности, он был в каждой частичке мироздания. Владимир пытался напомнить себе кто он и откуда, но все это вдруг утратило для него всякий смысл. Его реальностью, стал мощный исполинский вихрь, бешено вращающейся лучистой и чистой энергии. Переживаемое им не вмещалось ни в какие рамки понятий и категорий, и не выдержав, его личность окончательно распалась, слившись воедино с неимоверной мощью вихря. Время потеряло свое значение и смысл.
Исчезло ощущение границ. Все его желания и нужды, удовлетворены. Неописуемо блаженное состояние всезнания и все проникновения. На все вопросы, даны исчерпывающие ответы. Где-то здесь, за пределами времени и пространства, он созерцал величественный парад восторженно прекрасных, ярких и таинственно печальных картин из биллиона биллионов тысяч разнообразных и не похожих друг на друга миров.
Меняется очередная сцена. И по пересеченной местности движется извилистая, длинная цепочка людей в авангарде которой, Иван Сергеевич. Как легендарный Данко, он на вытянутой руке, уставший и изможденный, несет аномальный шар указывающий людям безопасный путь.
И снова новая картина. Одинокая девушка в обвалившемся здании больницы, безуспешно борется за свою жизнь.
Неожиданно, на периферии сознания промелькнула мысль, - мама! И тут же, концентрация внимания мгновенно перемещается на другую сцену.
Бледное лицо, печальные глаза, в руках зажата иконка Николая Чудотворца. Простая, незамысловатая молитва Всевышнему, льющаяся из бездонных глубин человеческой души, из самого царства матерей. О нем, о сыне. А рядом отец, его лицо сосредоточенно.
- Твоя молитва услышана, мама.

Казалось, прошла целая вечность. Как во сне стали возникать какие-то образы, затем появились представления о предметах. Перед глазами проходили сцены каких-то событий, рождающих чувство дежавю. Затем вдруг сплошное белое марево, из которого постепенно вырисовывалась окружающая действительность.
Володя лежал на земле, в высокой траве, на том самом месте, где потерял сознание.
Тело пронзила острая боль. Сильно, очень сильно пекло грудь и правую руку.
Судорожно скрюченными пальцами Владимир расстегнул куртку и быстро задрал к подбородку свитер и рубашку. Его глаза округлились от увиденного, дыхание сбилось.
Частички того самого аномального предмета, что он держал в руках, не то плавились, погружаясь в его тело, не то в нем растворялись, принимая его цвет и структуру.





Дата: 24.07.2011 | Категория: Работы от участников | Просмотров: 802
Добавил: Dozer | Рейтинг: 5.0/3
avatar

Комментарии к материалу СИМБИОГЕНЕЗ (Часть 3)

Всего комментариев: 2

avatar
1 Sergey_Poludyuk • 15:46:24, 19.07.2012
Однако... Довольно детальное описание катаклизма в целом. Написано настолько убедительно, что побывать там нет большого желания. Но дальнейшая судьба героев волнует всё больше.
avatar
2 Позитив • 19:13:59, 19.07.2012
Интересна судьба героев . Но только у меня одно замечание «цилком
таемно» если ты пишиш по Украински тогда правильно так « цілком таємно » а если по Русскому то так« сверх секретно » цілком я не помню как писать но смысл тот


Рекомендуем:

Вверх